Не нужный транзит

Почти два месяца украинские медиа сотрясало противостояние украинского предприятия, обслуживающего украинскую часть аммиакопровода Тольятти-Одесса – «Укрхимтрансаммиак», и крупнейшего поставщика аммиака, российского предприятия – «ТольяттиАзот».

Спор, как всегда в таких случаях, шел о цене услуг по транспортировке аммиака. И хотя, казалось бы, стороны были обречены договориться, т.к. простой аммиакопровода не выгоден не только им, но и ОПЗ, и украинскому бюджету, ситуация все равно зашла в тупик — УХТА заявил о начале подготовки к консервации трубопровода, причем, чтобы предотвратить такое развитие событий, понадобилось ни много, ни мало – вмешательство самого премьер-министра.

Сейчас, когда конфликт, казалось бы, урегулирован: транзит восстановлен, а экс-руководство УХТА уволено, самое время разобраться, что же произошло, почему стороны долгое время не могли договориться, чем повторение подобных разногласий может грозить в будущем, и как Украине защитить свой национальный интерес.

ОПЗ и перевалка

Увидев в 2002 году Одесский припортовый завод воочию — огромное государственное предприятие, работающее, как часы, я впервые почувствовал гордость за Украину, за свою страну и людей, которые способны такое создать и сохранить.

ОПЗ создавался как экспортный объект, в первую очередь, для экспорта аммиака. Причем, интересный факт, завод начали строить в конце 70-х, в 78 году сдали первый объект. Первая продукция завода вышла в 1978 году, это был аммиак. А уже в 1979 году был сдан в эксплуатацию аммиакопровод «Тольятти-Одесса» и второй агрегат аммиака, а также принят первый аммиак из аммикопровода от Стирола. Оба агрегата карбамида были запущены в 1984 и 1985 годах. За короткий период времени был построен образцовый азотный комплекс, с суммарной мощностью перевалки аммиака – 4,3 млн тонн в год со складом хранения в 120 тыс. тонн.

По сути, в первые годы своей работы завод работал как перевалочный комплекс и производитель аммиака. Почти весь аммиак уходил в США, на тот момент – главного врага в «холодной войне», который закупал у СССР более 2 млн тонн продукции в год.

Этому есть объяснение. В эпоху застоя социализма СССР активно использовал инвестиционные компенсационные сделки во внешней торговле. По такой же схеме был построен и ОПЗ. Компания американского предпринимателя Арманда Хаммера (его отец, Юлиус Хаммер – уроженец Одессы), «Оксидентал Петролиум» завезла в СССР оборудование по производству аммиака, смонтировала и запустила его, а Союз расплатился с Хаммером аммиаком. Пока СССР расплачивался за долги, валюта не поступала в страну, но уже в середине 80-х поток средств пошел во Внешэкономбанк.

В 2000-х годах Украина начала наращивать экспорт удобрений. Тому было много предпосылок.

Во-первых, дешевый газ: цена газа для украинских заводов долгое время составляла 50 долл. США/тыс. м куб. без доставки. В результате себестоимость аммиака была меньше 100 долл. США/тонна при том, что на мировом рынке цена на аммиак с 2003 года редко опускалась ниже 300 долл. США на условиях FOB, Черное море, а в 2008 году и вовсе достигла 850-900 долл. США/тонна.

Сверхприбыли, в буквальном смысле, окрыляли владельцев заводов, которые с конца 1990-х «размывали» миноритарные пакеты акций, делали эмиссии, увеличивали собственный капитал выводили прибыли за рубеж, но никто из них не задумывался о завтрашнем дне, понимая, что газ может вырасти в цене, а предложение аммиака и карбамида на мировом рынке постоянно растет. Владельцы заводов, пользуясь возможностью, выкачивали миллиарды долларов из своих предприятий. При этом, в бюджет уходили крохи.

Молодое украинское государство от государственных предприятий ОПЗ и ГП «Укрхимтрансаммиак» получало в казну больше, чем от всех химических заводов вместе взятых. Парадокс. В 2008 году чистая прибыль ОПЗ составила 796,98 млн. грн, примерно такой же доход мог принести Укрхимтрансаммиак. Объективно, ежегодно, при рациональном использовании оба объекта аммиакопровода в Украине могли бы получать прибыли по 100 млн долл. США каждый. Но завод в 2010 году ушел в убыток, сумев получить прибыли только в 2011, а с 2013 года и вовсе боролся за выживание.

В условиях нестабильной мировой конъюнктуры на рынке азотных удобрений для украинского государственного азотного гиганта единственным способом выжить была перевалка аммиака.

Переваливая в 2000-х в месяц по 150 тыс. тонн российского и по 80-130 тыс. тонн украинского аммиака, завод получал ежемесячный доход около 1,5-1,8 млн долл. США. За год могла накопиться сумма в 18-19 млн. долл. США. В 2010-х стоимость перевалки росла, достигнув в 2015 году 20,22 долл. США/т, а доход от перевалки позволил заводу минимизировать убытки и выжить в сложный период мировой конъюнктуры.

Для понимания: сегодня для украинских экспортеров стоимость перевалки аммиака в порту Южный составляет 407 грн/т с НДС (из них услуги порта 35 грн/т). Это 12,1 долл. США/т без НДС (по курсу 28 грн/долл. США).

Суммарный доход только от перевалки российского аммиака исчислялся в 48-49 млн. долл. США в год. Но ведь есть еще и карбамид, то есть, только на перевалке завод мог легко зарабатывать 60 млн долл. США в год, ничего не производя.

Табл. 1.

Отгрузки аммиака из порта Южный в тыс. тонн (2013-2015гг)

Завод 2013 2014 2015
ТольяттиАзот 1771,6 1881,75 1790,12
Минудобрения, Россошь 469,15 473,4 586,2
Украинские заводы 1265,5 693,2 625,7

Источник: ИА Инфоиндустрия

Таблица наглядно показывает увеличение объемов отгрузки аммиака из России и сокращение украинских объемов перекачки.

Аммиакопровод и УХТА

Общая длина аммикопровода Тольятти-Одесса составляет 2417 км, из них по Украине проходит 1018 км. Ветка, по которой идет аммиак ТОАЗ имеет протяженность  804 км. Оператором, обслуживающим украинскую часть аммиакопровода, является подчиненное МЭРТ государственное предприятие «Укрхимтрансаммиак», российскую часть обслуживает ОАО «Трансаммиак».

Источник: https://uk.wikipedia.org

Стоимость транспортировки аммиака через трубопровод «Тольятти-Одесса» всегда была поводом для споров. Это единственный в мире магистральный аммиакопровод такого масштаба. Второй, куда более скромный, функционирует в США. Поэтому, определяя тариф на прокачку, практически невозможно отталкиваться от цен на аналогичную услугу на других рынках – просто не с чем сравнить. В результате, тарифы на прокачку аммиака, как правило, зависят от коммерческой стоимости альтернативных способов транспортировки сырья, в редких случаях они могут зависеть от стоимости продукта на мировом рынке, прежде всего, когда падение цен ведет к тому, что с учетом затрат на транспортировку продажи аммиака становятся убыточными – в отличие от железной дороги, по аммиакопроводу можно прокачивать только аммиак.

В 2002 году, когда сотрудники УХТА обратились в Держзовнишинформ с просьбой о помощи обоснования стоимости транспортировки и исследования стоимости транспортировки трубопроводами на мировом рынке, мы дали краткий совет – сделать экономическое обоснование себестоимости транспортировки (амортизация, сервис, админзатраты, налоги, охрана объектов), а стоимость ренты рассчитать, исходя из государственных интересов, учитывая, в том числе и стоимость альтернативных маршрутов транспортировки железнодорожным транспортом. По сути, вместе с рентой и перевалкой в порту, трубный транспорт аммиака должен был стоить не дороже 60-70% от стоимости железнодорожной перевалки, так как большая цена может привести к решению о строительстве альтернативного аммиакопровода, что, в конце концов, и произошло.

До конца 2006 года тариф на перекачку аммиака был неизменным и составлял 2 долл. США/т на 100 км аммиакопровода, тариф повышался в 2007 и 2011 годах. Максимальный тариф в 4,8 доллара США за 1 тонну на 100 км пути был установлен Министерством экономразвития в октябре 2015 года, но уже ноябре в 2016 года Высший административный суд Украины признал незаконным соответствующее повышение. В результате, тариф был снижен до прежнего уровня – 3,8 доллара США за 1 тонну на 100 км.

Отметим, что одновременно с тарифом на прокачку росла и ставка рентной платы за транспортировку аммиака с 1 доллара США/т до 2,4 долл. США/т на 100 км. Однако, после последнего снижения цены транзита, ставка рентной платы осталось на прежнем уровне. В результате, сейчас УХТА может заработать 1,4 доллара США. на прокачке каждой тонны на 100 км.

Труба раздора

В конце декабря 2016 года из заявлений теперь уже бывшего руководства УХТА стало известно, что УХТА отказался снижать тариф, как было предписано решением ВАСУ, и потребовал от ТОАЗ оплаты по старому тарифу – 4,8 долл./т за весь 2016 год. В свою очередь, в ТОАЗ заявили о том, что это УХТА должен компенсировать осуществленную им ранее выплату надбавки к тарифу за весь период – ведь суд признал незаконным и недействительным ее введение с самого начала.

С началом 2017 года, несмотря на то, что допсоглашение, повышавшее стоимость транзита до 4,8 долл. США, прекратило свое действие, и тариф вернулся на желаемый для Тольятти уровень – 3,8 долл. США, конфликт не только не прекратился, но разгорелся с новой силой.

Очевидно, руководствуясь стремлением восполнить потери от снижения от тарифа на прокачку, УХТА потребовал от ТОАЗ заключить новое допсоглашение, повышающее стоимость «других услуг», фактически это услуги по перевалке и таможенному оформлению аммиака, которые уже сам УХТА закупает у ОПЗ. Мол, в противном случае УХТА невыгодно осуществлять транзит, учитывая, что из полученных от Тольятти 30,6 долларов за прокачку тонны аммиака они отдают государству в виде ренты 19,3 долл. Вопрос же снижения ренты, в связи со снижением тарифов, Минфин и Налоговый комитет ВРУ во время принятия новогодней налоговой реформы рассматривать отказались.

Требования УХТА не нашли понимания у ТОАЗ, более того, россияне предложили УХТА исключить из действующего Контракта якобы убыточные услуги по перевалке, чтобы перейти на прямой договор с ОПЗ. УХТА предложение отклонил, продолжая настаивать на подписании нового Допсоглашения.

Логично предположить, что причина такого поведения бывшего руководства УХТА заключается в попытках увеличить реальную доходность транзита, при формальном сохранении тарифа на уровне, установленном решением Высшего хозяйственного суда и действующей редакцией контракта.

Как бы там ни было, ТОАЗ не согласился на требования УХТА, настаивая на выполнении условий действующего договора, УХТА отказался осуществлять транзит, после чего ТОАЗ обратился в коммерческий арбитраж при ТПП Украины с иском о взыскании с УХТА убытков, нанесенных односторонним отказом от выполнения действующего договора. В ответ, как мы уже знаем, бывшее руководство УХТА заявило о намерении законсервировать украинскую часть аммиакопровода.

Так или иначе, Укрхимтрансаммиак оказался в щекотливом положении, с дефицитом формальных аргументов, но возможностью оказывать давление на ТОАЗ посредством прекращения транзита.

Такая ситуация не нова и уже была отыграна в 2011-2012 году, когда уже поднимался вопрос увеличения ставки за транзит. Однако, ТОАЗ в 2015-2016 годах подготовился к такому развитию событий, и в результате продержался без транзита более месяца, так и не пойдя на попятную, в то время как в ходе прошлого конфликта оказалось достаточно и одной недели.

Во-первых, Тольяттиазот начал строить собственные карбамидные мощности, на сегодня это 950 тыс. тонн в год, только за 11 месяцев завод продал 525 тыс. тонн карбамида, хотя работал только один агрегат. В 2016 году завод заложил строительство третьего агрегата, что поднимет мощность до 1,9 млн тонн, это больше мощности ОПЗ.

Имея у себя семь агрегатов аммиака, тольяттинский завод более половины из них легко загрузит производством карбамида, оставшийся аммиак пойдет на рынок России и на экспорт.

Во – вторых, если раньше стоимость транспортировки аммиака по железной дороге в России была дороже, чем в Украине, то в последние два года ситуация изменилась, по России она стала гораздо доступнее. Так, скажем, за транспорт от Самары до границы с Латвией цистерны аммиака производитель потратит не более 75 долл. США/т, транспорт и перевалка в порту Вентспилс составят еще 25 долл. США/т, итого — до 100 долл. США/т.

При тарифе на транзит аммиака по трубе в 3,8 долл. США/т на 100 км ТОАЗ тратит в Украине на перевалку и транспорт около 50 долл. США/т, по России еще около 10-15 долл. США/т. Итого, до 65 долл. США/т транспорт аммиака, что для завода выгоднее и логично, если сравнивать с транспортом вагонами. Если же стоимость транспорта будет 4,8 долл. США/т, то транзит по Украине вырастает на 10 долл. США/т и приближается к стоимости поставок в Вентспилс. Цифры не точные, но даже этого достаточно для понимания процесса.

Всего в 2016 году ТОАЗ отгрузил по аммиакопроводу в порт Южный 1,8 млн. тонн аммиака. При этом, месячная отгрузка аммиака по железной дороге к декабрю 2016 из ТОАЗа выросла до 65 тыс. тонн, другими словами теперь ТОАЗ может до половины аммиака грузить на экспорт в цистернах, в то время, как еще два-три года назад эта цифра была в три раза меньшей и составляла около 20 тыс. тонн. в месяц.

Но, что будет, если из Россоши пойдет вторая ветка аммиака в порт Тамань? Там с 2009 года активно осуществляется перевалка аммиака с участием Уралхима. Амиакопровод пока не подвели, однако, есть возможность сливать аммиак из действующего трубопровода и поставлять цистернами до порта Тамань.

В «Тамани» планируют построить больше десяти терминалов с общим грузооборотом около 90 млн т в год. По оценке Минтранса РФ, в 2013 году объем инвестиций должен был составить 200 млрд руб., сейчас, вероятно, все 600 млрд. руб.  Часть денег предоставляют частные инвесторы: Уралкалий, СУЭК, ОЗК, Металлинвест, Global, UCL Holding, Базэл. На данный момент в проект уже вложено порядка 300 млн. долл. США инвестиций.

Источник фото: http://sdelanounas.ru/blogs/35647/

Скорее всего, инвестиции ТОАЗ действительно могут окупиться: завод заказал у компании KBR разработку проекта увеличения мощности производства аммиака, и думаю, что предприятие может увеличить мощность данной производственной площадки на 20-30%. При низкой цене природного газа в РФ и возможностях экспортной логистики – это выгодная инвестиция.

К сожалению, следует признать, что конфликт Укрхимтрансаммиака и Тольяттиазот еще больше простимулировал российскую сторону ускорить процесс постройки новой ветки аммиакопровода в обход Украины.

По сути, строительство новой ветки аммикопровода в Тамань грозит Украине полным отказом россиян грузить аммиак через порт Южный. Так, схема поставок аммиака через две ветки аммиакопровода могла бы быть рабочей только в том случае, если стоимость транзита по обеим веткам была равной, что, на мой взгляд, нереально, так как чисто географически порт Тамань ближе к ТОАЗу. Таким образом, единственным вариантом, при котором после окончания строительства в Тамани украинская ветка продолжит работу, является увеличение мощностей производства аммиака, предназначенного для экспорта через Черное море, до уровня, превышающего совокупные мощности обоих портов. Однако, при этом остается риск, что соответствующий рост предложения окажет долгосрочное негативное влияние на конъюнктуру цен на аммиак на международном рынке, что невыгодно и самим россиянам.

Угроза новой ветки для УХТА стратегическая – долгосрочная, тактической же угрозой являются возможность увеличения производства карбамида в Тольятти и отгрузка железнодорожным транспортом. Даже, если учесть, что порт Вентспилс расположен на 200 км дальше от города Самара, чем порт Южный, все равно грузить карбамид будет выгоднее из-за тарифа в рублях и чуть более дешевой перевалки в Латвии.

Таким образом, конфликт между ТольяттиАзотом и Укрхимтрансаммиаком опасен для Украины не только тактически, но и стратегически. Так, в случае окончательной остановки транзита аммиака, ОПЗ может полностью лишится заработка от перевалки аммиака из России, как собственно и сам Укрхимтрансаммиак, в то время, как обслуживание аммиакопровода даже законсервированного требует постоянных затрат. Не говоря уже о недополученных доходах бюджета от ренты за транзит аммиака: по предварительной информации, только в 2017 году запланированная сумма поступлений составляет 1,13 млрд. грн.

Отметим, что больше всех на транзите аммиака зарабатывает именно государство, чьи интересы представляет Минэкономразвития Украины. Даже после возобновления транзита, у МЭРТ все еще остается широкое поле для деятельности.

Так, на сегодня остаются нерешенными глубинные причины конфликта, а именно: произвольное и непрогнозируемое ценообразование тарифа на прокачку и перевалку аммиака. Ведь если Украина хочет, чтобы ее трубопровод работал, а в бюджет поступали деньги за ренту, основной и фактически единственный поставщик — ТОАЗ должен понимать, что компании гарантированы прозрачные и предсказуемые условия транзита и перевалки, а главное – выгоднее поставлять продукцию через украинскую ветку, нежели строить свою собственную.

На мой взгляд тариф можно менять не чаще чем раз в год, а само изменение может быть вызвано весомым изменением цен на аммиак либо увеличением интенсивности прокачки аммиака. В противном же случае, мы вновь и вновь будем оказываться в абсурдной ситуации, когда на пике мировых цен Украина недополучает прибыли, а при их падении – выставляет неадекватно высокий тариф, делающий прокачку аммиака нерентабельной для поставщика и ставящий под угрозу не только эффективную работу, но и само существование таких промышленных гигантов как ОПЗ и УХТА, а также наполнение госбюджета и мировой имидж самого государства.

Дмитрий Гордейчук