Химическая реакция: почему Украина постепенно превращается в импортера удобрений

В 1991 году в СССР действовало около 20 крупных химических холдингов. За годы независимости украинская химическая промышленность стала жертвой жесткой приватизации 90-х, после чего в руках бывших красных директоров или беспринципных дельцов оказались крупные пакеты акций химических заводов. Однако, большинство из новых хозяев своей жесткой рукой сохраняли целостность комплексов, не давая разворовывать их. Правда, не давая и инвестициям появиться на заводах. Так, в центре и на востоке страны, на юге оказался мощный государственный гигант, на котором много «зубастых бизнесменов» ломали зубы через крепко выстроенную политику и систему работы нынешнего директора - Горбатко Валерия Степановича.

На западе Украины заводы быстро разворовывались, к началу 2000-х уже не было Новораздольского химкомбината, Винницкого химпрома и Калушского «Орианы». Здесь надо отдать должное разницы ментальности запада и востока Украины, как самих работников, так и системы построения власти в регионах.

Во времена существования Союза заводы имели свой график модернизаций, введение новых мощностей разрабатывалось институтами и вводилось в действие с помощью государственных денег или фондов. С приходом частных владельцев никто денег просто не давал, за институты надо было платить, никому это не надо было. Институты в результате потеряли основных специалистов и начали падать, а сами заводы превратились в дойные коровы, которые просто ждали своего конца, ведь они не участвовали ни во внешней политике (не отбивали антидемпинге и другие ограничения против украинской продукции), не могли влиять на вход на новые рынки и даже не имели своих торговых представителей на конечных рынках, только в Швейцарии, Венгрии и на Кипре, где и оседали основные оффшорные деньги. Понятно, что налоги платились по-минимуму, руководители и владельцы заводов становились народными депутатами и заставить их думать по-другому никто не мог.

В середине 2000-х начался настоящий бум на сырьевые товары, в том числе на удобрения. Доходы заводов затмили все здравые рассуждения о том, что и Украина, и Россия со временем потеряют азотную промышленность, пальма первенства перейдет в арабские страны и в Китай.

Китай в 2006 году начал экспортировать карбамид, нарастив свои мощности экспорта в 5 млн тонн уже в 2010-х.

Ни страны Персидского залива, ни Китай по специфике построения бизнеса в химической промышленности не попадают под общеизвестные экономические каноны. Эти страны также не чувствительны к валютному регулированию международных организаций (МВФ), легко преодолевают барьеры ВТО, по сути не подчиняются мировым правилам. Это означает, что влиять на торговую и промышленную активность таких игроков не могут ни профильные ассоциации, ни политики. Химическая промышленность Украины и России с 2006 года оказалась в лодке с поломанным рулем и плохим двигателем, впереди не просто туман, а воронка водоворота экономической истории.

Главная ошибка была сделана не химическими заводами, а правительствами, которые сделали ставку на газ. Газ, который не стал по заветам великого Менделеева сырьем, а топливом. Газ превратился в иглу, на которую подсаживали, метлу, которой подметали большие заводы в Восточной Европе, со временем в разменную монету в политике. Ошибка заключалась в том, что газ в качестве топлива по цене был привязан к нефти, ошибка также была в том, что альтернативы газа не искали пока он был дешевый, несмотря на тенденции. Как правительства, так и крупные собственники. Ошибка политически слабых правительств стран Восточной Европы была и в том, что никто из них не делал диверсификации источников газа.

Если бы газовые ошибки были учтены ранее, хотя бы одна, в Украине сейчас не стояли бы заводы, а потери в экспорте за карбамид не были бы 50% как в 2014 году (в 2015 году потери будут больше).

Куда ведут газовые потери?

Газ — это основное сырье для азотной промышленности, а именно последняя является локомотивом мирового рынка удобрений. Азотных удобрений в мире потребляется в объеме более 200 млн тонн, только карбамида — 155 млн. тонн. Украина, как аграрная страна, второй производитель зерна в мире после США, приняла азотных удобрений в 2014 году всего 3200000 тонн в физическом весе. Учитывая количество пашни, страна должна потреблять азотных 4-5 млн. тонн ежегодно.

Собственное производство азотных в 2014 году составило 5060000 тонн, в основном за счет известковой селитры, селитры аммиачной, карбамида и сульфата аммония. В том же году экспорт составил 41% от производства, рекордно мало. Ранее только аммиачной селитры производили 2400000. Тонн, а потребляли 1800000 тонн. Пропорция рост урожайности предвещала рост потребления селитры до 2 млн тонн уже в 2016 году, но этого не случится.

Уже сейчас из экспортера удобрений Украина превращается в импортера. Банально, но вместо отсудить антидемпинговых ограничений против Украины в США, восстановление производства и экспорта КАСа, налаживании производства перспективного гранулированного карбамида, сейчас большинство производителей вынуждена придумывать антидемпинговые ограничения в отношении импорта из России.

Несомненно, сегодняшняя ситуация продиктована военными действиями на востоке Украины. Сразу два украинских завода не работают только из-за близости боевых действий, в Украине по этой же причине не поступают из России аммиак и пористая аммиачная селитра (оба продукта очень взрывоопасные).

Вроде благоприятная ситуация для украинских химиков оказалась ловушкой.

В начале 2015 года, мы все помним молниеносную девальвацию гривны до невероятных курсов к твердым валютам. Весной текущего года цена на удобрения относилась с опережением к рынку: то есть, химики и украинские и импортеры, поднимали цену не из текущей ситуации, а с расчетом ожидаемого роста курса доллара США. Это привело к тому, что в начале февраля цена достигла 10 тыс грн / т уже на заводах. Цена в марте дошла до уровня 12-13 тыс. грн / т на складах. Этого пика никто не ожидал и не все смогли осилить.

Аграрии еще до конца не понимали в чем соль, они продали прошлогодний урожай осенью 2014 и зимой 2015 очень выгодно, но никто не мог предположить, что курс гривны с 32 за доллар (еще зимой закладывался в цену селитры) опустится до +22 за доллар (который оказался на момент сбора урожая). Конечно, селитра сейчас продается по 7850 грн / т, вагон, станция переадресации. Но это уже под урожай 2016 года, а убытки в этом сезоне и … засуха сыграли злую шутку с теми, кто не подстраховался или выбрал рискованный путь. Среди агрохолдингов таких хозяйств почти нет, а вот среди малых и средних хозяйств есть. Именно они и не хотят сейчас покупать товар, потому что не хотят повторять ошибки.

На фоне курсовых игр и удешевления агропродукции сразу после засухи недобор удобрений выглядит очень логично. Печально, что наши расчетные показатели потребления удобрений с 2012 года постоянно ломаются, не достигая желаемых уровней. Неужели страна снова получит урожай исключительно за счет плодородия почв и хорошей погоды весной и в начале лета.

Ассоциация Украины с ЕС открывает перспективы пока весьма туманны, но главное, что мы ожидаем в подходе к сельскому хозяйству, это глубокое понимание самих аграриев, что их работа на земле, их продукция и сама земля должны быть коммерчески привлекательные, расходы оптимизированы, а планирование — обоснованным.Аграрий с головой на плечах сам продиктует цену на удобрения, средства защиты и семена. Если раньше агрохолдингам было выгодно раздувать свои земельные банки с целью дальнейшей продажи всего «комплекса», то теперь покупателю активов достаточно взглянуть на показатели холдинга. А сезон 2014/2015 будет отличным лакмусом, что показывает настоящего хозяина. Следующий сезон покажет еще и настоящих бойцов среди аграриев, ведь и за урожай, и за хорошую цену еще предстоит побороться.

Оригинал на сайте http://agravery.com

 Дмитрий Гордейчук, руководитель  проекта Инфоиндустрия 

Инфоиндустрия